Валериан Полищук
(1897-1937)

          Валериан Львович Полищук родился 1 октября 1897 года в селе Бильче Дубенского уезда Волынской губернии (теперь – Млинивский район Ровенской области Украины) в крестьянской семье. По завершении Мирогащанской двуклассной школы учился в городском училище, впоследствии - в Екатеринославский гимназии. В 1917 году поступил в Петербургский институт гражданских инженеров, но, увлекшись литературой, перешел на историко-филологический факультет Каменец-Подольского университета. Работал в газетах "Крестьянская правда", "Вести". Был в творческих командировках во Франции, Германии, Чехословакии, Скандинавии. Собственное поэтическое творчество начинал под влиянием лирики Александра Олеся, С.Надюка и др.
          В 1919-ом году Полищук издал поэму "Сказання давнєє про те, як Ольга Коростень спалила", написанную по мотивам известной летописи и под воздействием реалий гражданской войны. Впоследствии переезжает в Киев, где знакомится с творческой молодежью. Личное знакомство и общение с Павлом Тычиной побудило Валериана Полищука пересмотреть подход к собственному творчеству. Это были времена полного взаимопонимания поэтов. Они даже хотели издать общий альманах или сборник, образовать Киевский филиал Всеукраинской федерации пролетарских писателей, которую должен был возглавить Павел Тычина. Вскоре руководителем этой эфемерной организации стал Николай Хвилевой, с которым Валериан Полищук опубликовал совместный сборник "2" (1922).
          Ранний Валериан Полищук декларировал "неореализм пролетарского содержания, который вырос из революционного романтизма", мечтал создать синтетическое искусство, в котором бы гармонично объединились все существующие течения. В то же время в своем порыве к синтетическому искусству, искусству революционного динамизма, он отстаивал идею искусства универсального, вне времени и пространства ("искусство не зависит от места или нации, которая его создала"). Такую надежду он возлагал на альманах " Гроно" ("Гроздь") (1920), который был попыткой "хотя бы приблизиться к тому истинному пути" в искусстве, который бы отвечал духовной структуре "нашего времени больших социальных сдвигов".
          Стремясь поднести поэтическое слово к уровню запросов современности, поэт большие надежды возлагал на верлибр как единственную стихотворную систему, способную передать стремительную ритмику нового времени. Стихотворные верлибры составили основу первого сборника Полищука " Сонячна міць" (1920), которым он впервые по-настоящему заявил о себе. Полищук сначала принадлежал к литературной организации "Гарт", ("Закалка"), но в 1925 году учредил в Харькове модернистскую группу "Авангард", которая отстаивала программу конструктивного динамизма (по ней поэзии надлежало воспевать модерную цивилизацию и мир технической революции). Однако Полищук выходил за границы сугубо авангардистских течений. Выступает В.Поліщук и как прозаик, критик и теоретик литературы. Отдельными изданиями увидели мир свыше 50 его книг, среди которых самые заметные, - "Книга повстань" (1922), "Ленін" (1922), "Дума про Бурмашиху" (1922), "Розкол Європи" (1925), "Пульс епохи" (1927), "Григорій Сковорода" (1929) и другие.
          23 апреля 1932 года под предлогом недостаточной связи с писательскими массами и злоупотреблениями узкокогрупповой политикой, власть распускает так называемые пролетарские, а вместе с ними и все другие писательские организации. Вместо этого был создан Всесоюзный Союз Советских Писателей выражающий коммунистическую идеологию. Во главе Союза поставили Максима Горького. Украинские писателей жестко подчинили центру.
          Все, кто так или иначе продолжал ориентироваться на запад, на Европу, кто не желал идти этим путем, кто пробовал и дальше экспериментировать с формой, были обречены на уничтожение. Не обошла эта судьба и Валериана Полищука. В конце 1934 года его, вместе с Г. Любченко, Г. Кулишем, Г. Эпиком, В. Подмогильным, В. Вражливым, Евг. Плужником, В. Штангеем, Г. Майфетом, О. Ковинько обвинили в принадлежности к так называемому Центру антисоветской террористической организации и арестовали.
          На закрытом заседании выездной сессии Военной коллегии Верховного Суда СССР 27-28 марта 1935 года Полищук был приговорен к 10 годам лишения свободы и отправлен на Соловки.Он так и не вышел на волю., потому что в октябре 1937 года тройка УНКВД по Ленинградской области вынесла 1825 соловецким узникам смертный приговор, в том числе и ему. По делу № 103010/37 г. были приговорены к расстрелу большинство именно украинцев - Омельяна Волоха, Марка Вороного, Николая Зерова, Антона Крушельницкого, Николая Кулиша, Леся Курбаса, Юрия Мазуренко, Валериана Подмогильного, Павла Филиповича, Клима Полищука... Оперативная часть Соловецкой тюрьмы обвинила их в том, что "оставаясь на предыдущих контрреволюционных позициях, продолжая контрреволюционную шпионскую террористическую деятельность, они создали контрреволюционную организацию".

ЖОВТЕНЬ

Вагон постукує, як серце унизу,
Коли душа захлинається жахом,
І, немов розгніваний
Везувій,
З махом
Летючи,
Сопе паротяг.
Ускочили в осінній ліс,
Як хлопці у горох,
І наробили бешкету.
А хтось, напевне сторож,
Гнався й гукав,
Забігаючи кругом здалека,
Розносив рокіт,
Як горіхзд в збанку просторів —
І все дзвеніло полив'яною луною.
Жовтогаряче листя,
Немов жартома дівчина,
Відпихало з солодким посміхом
сонячний блиск,
А з того — у вагоні ставало жовтого
сяєва,
Мов у кошику з помаранчами.
І думалось: то ж ми ускочили,
як паротяг,
У вогкість замріяно-жовту
Городів Європи,
Сколихнули,
Ступили у драглі насичених
гнилизною кварталів;
То ми гукнули,
Щоб сірома повстала
І Жовтень запалав
На світових полях,
Рубінами заграв...
Вагон.
Під вечір.
Рельси біжать вперед на захід сонця,
Як два гострих промені
З червоно-металевим полиском
Із кожного мого ока.
Вони прошивають сивий туман —
долину опалову.
Встрягаю зором, мов стрілою,
У мозок хмар,
Що препаровані лежать
На скривавленій тарілці неба.
І увижається, що шпиль на Ейфелевій
башті
(Ще й зірка на чолі)
Плащем обкинувся червоного
прапора
На вітру
І гордо став у позу,
Як лицар, оглянувши поле:
"Усе поборю!"
А як кордон пересікли —
Сичало панство
Клубком голодних гадів,
Що обложили нас кільцем ненависті.
О, сила породила вже гіпноз —
І зачарована кобра
Спиналася, щоб танцювати:
Та новий маг
Заграв на комишеву сопілку.
І шпигунів удав покірно ззаду повз.
То світовий приходить Жовтень.